Мультимедиа Арт Музей, Москва 12 декабря 2010 – 30 января 2011

Одним из последних мероприятий года России — Франции стала выставка «Электрические ночи», организованная совместно Центром Жоржа Помпиду и Мультимедиа Арт Музеем. Основу экспозиции составили видео­работы и оцифрованные кинофильмы, прежде всего десятиминутная картина французского режиссера украинского происхождения Эжена Деслава (Евгений Славченко), которая дала название выставке. Судя по этому фильму 1928 года, ночной город напоминает океанические глубины — бездонный мрак, населяемый светящимися организмами. Свет вырабатывается ими для того, чтобы привлечь жертву. Так и в фильме Деслава: ночная иллюминация призывает и завлекает.

Притягательная сила световых эффектов, с которой продуктивно работал Деслав, видна на двух гравюрах конца XVII века, также представленных на выставке. Тема этих работ — грандиозные фейерверки. Пиротехника не была новостью для Европы уже к концу Средних веков, в эпоху абсолютизма празднества приобретали все больший размах. Они поражали воображение, вызывали восторг у главных заказчиков — аристократов, которые, в свою очередь, требовали документации своих развлечений. Мастера-граверы оказались в сложной ситуации, пытаясь найти адекватный способ передачи увиденного в рамках сложившихся художественных практик и получая на выходе изображения каких-то фантастических потоков, в которых современный зритель может и не узнать фейерверки. Несомненно, способ изображения зависел от распространенных представлений о природе света, огня, взрывов, но важно другое: сталкиваясь с новым явлением, художники открывали для себя возможность сказать что-то новое и старались использовать такой шанс.

Роман Зингер в своих акциях исследует устоявшиеся катастрофические образы не менее консервативного киноискусства. В видеоролике «Камор» при помощи заводской трубы и подручных средств Зингер фальсифицирует, правда, в несколько комичном виде, извержение вулкана. В ходе акции «Огонь» взрываются многочисленные петарды, закрепленные на перилах моста, огонь и едкий дым очень эффектно приближаются к зрителю, но стихия быстро утихает, и видно, как на мосту появляется пешеход. Художник предлагает вернуться к условной наивности пионеров жанра вроде Мельеса, снимавшего морские битвы в тазу с водой. Впрочем, Зингер не боится уйти от прямых ссылок на те или иные образы. Он поднимается на башню и крутит привязанными на веревке дымовыми шашками, образуя временные разноцветные кольца (акция «Кольца дыма»). Он создает спецэффект в чистом виде, без отсылки к сюжету или к чему-то еще. Это практика современного кинематографа. Немая короткометражка Клода Клоски Brrraoumm, составленная из сцен взрывов в боевиках, доводит логику чистого зрелища до предела, представляя мастерски сделанные спецэффекты унылым круговоротом аттракционов.

Особняком стоит фильм «Впечатления в высокой атмосфере». Снявший его художник Хосе-Антонио Систьяга наносил краску на пленку, создавая абстрактные композиции. Сочетание концентрических окружностей, мерцающих точек и полос, пересекающих экран, формируют медитативную атмосферу. Это поэма для глаз, ей не мешает зацикленность (картина длится 7 минут, потом показывается снова), так как монотонность возвращает к ритуальным корням поэзии. Здесь также имеет место чистое зрелище, основанное не на поэтизации приемов масскульта, как делает Клод Клоски, а на движении в русле экспериментов таких киноавангардистов, как Стэн Брекхейдж.