Ведущие аукционные дома продают не только живопись, но и ювелирные украшения. Однако драгоценности – это инвестиции, с которыми нужно уметь обращаться

ДИВНЫЕ ДИВЫ
Торги аукционного дома Sotheby’s 1987 года «Драгоценности герцогини Виндзорской» давно вошли в легенду. Тогда, после смерти Уоллис Симпсон, из-за которой британский король Эдуард VIII отрекся от престола, продажи в семь раз превысили предварительные оценки и принесли (в цифрах того времени) $50 млн. В ноябре 2010 года Sotheby’s продал еще двадцать ювелирных изделий, принадлежавших Уоллис Симпсон. Они были оценены в £3 млн, но выручка перевалила за £8 млн. Самым дорогим лотом стал браслет в виде пантеры из серебра с инкрустацией ониксом, бриллиантами и изумрудами. Он был создан дизайнером дома Cartier Жанной Туссен в 1952 году специально для Симпсон. Браслет приобрела Мадонна за £4,5 млн при начальной цене в £1,5 млн. Другая вещь работы Жанны Туссен – брошь в виде фламинго, усыпанная рубинами, сапфирами, изумрудами, цитринами и бриллиантами, – за £1,7 млн ушла с торгов в музейную коллекцию самого дома Cartier (при эстимейте £1–1,5 млн).

Драгоценности Элизабет Тейлор принесли в декабре 2011 года аукционному дому Сhristie’s около $120 млн, что вчетверо превысило предварительные оценки. Топ-лотом стало бриллиантовое ожерелье работы того же ювелирного дома Cartier с грушевидной жемчужиной La Peregrina: оно было продано почти за $12 млн при эстимейте $2–3 млн. Одна из самых крупных в мире жемчужин когда-то принадлежала Марии Тюдор и Наполеону Бонапарту и была запечатлена на двух картинах Веласкеса. Ее подарил Элизабет муж, актер Ричард Бертон, в 1969 году (тогда это обошлось ему в $37 тыс.), а затем по эскизу Тейлор ювелиры дома Cartier создали для жемчужины ожерелье нового дизайна. На тех же торгах Сhristie’s были проданы знаменитые кольца Тейлор – одно с «бриллиантом Круппа», другое от Van Cleef & Arpels c рубином и бриллиантами, каждое за несколько миллионов долларов.

ДОБАВОЧНАЯ СТОИМОСТЬ
Драгоценности Элизабет Тейлор были отменного качества, но несравненно большую цену им придало имя владелицы – звезды Голливуда и законодательницы стиля второй половины XX века. То же произошло с украшениями Уоллис Симпсон: классические вещи ювелирного дома Van Cleef & Arpels вроде колье-молнии Zip, которое можно носить как браслет, были когда-то созданы специально для американки, ставшей иконой стиля в Европе. Пожалуй, самая несчастная из красивых богатых женщин, Барбара Хаттон, сменившая семерых мужей (в их числе грузинский «князь» Алексис Мдивани, актер Кэри Грант и князь Игорь Трубецкой), утешалась тем, что заказывала знаменитым ювелирным домам шедевры, а в конце жизни бездумно их продавала. Именно Хаттон ювелирный мир обязан существованием удивительной броши Van Cleef & Arpels «Фея Стрекоза» из рубинов, изумрудов, розовых алмазов и бриллиантов в оправе из платины – она была сделана в 1944 году.

Cостоятельные женщины XX века фактически оплачивали высокое ювелирное искусство. Благодаря им возникали легендарные украшения, которые со временем в разы вырастали в цене: провенанс – дело нешуточное. Известен случай, когда американка Линда Резник заплатила $211 тысяч за нитку бус из искусственного (!) жемчуга, принадлежавших Жак­лин Кеннеди. Предприимчивая дама сделала тринадцать тысяч копий бус по $200 каждая и получила прибыль в $26 млн.

УКРАШЕНИЕ КАК ИНВЕСТИЦИЯ
Однако вернемся к настоящим ювелирным украшениям. Во что стоит вкладываться начинающему коллекционеру? Какие вещи и почему со временем вырастают в цене многократно?

Не всякая драгоценность – удачное капиталовложение. Мнение, что любое ювелирное украшение можно выгодно продать, ошибочно. Достойные инвестиций драгоценности легко объединяются словом «редкость» – это либо уникальные украшения, либо редкие камни. Вложения в камни более просты и понятны: камень должен быть крупным, чистым, и к нему должен прилагаться сертификат. Другой путь – коллекционирование украшений. Настоящие драгоценности не имеют отношения к моде – это вещи известного бренда, уникальные по дизайну, по качеству материалов и исполнения.

Если вы выберете вложения в уникальные украшения, лучшим решением будет покупка антикварных или винтажных изделий. Но, как и при покупке любых предметов искусства, вещь прежде всего должна нравиться. Антикварные украшения не самая ликвидная инвестиция, и надо обладать незаурядными способностями и многолетним опытом, чтобы продать недавно купленный предмет с хорошей прибылью. Вероятно, с ним придется прожить не один год, и реализовать инвестиционный потенциал в полной мере смогут только ваши дети. Однако это не означает, что все это время украшение должно лежать в сейфе мертвым грузом.

ПРОИСХОЖДЕНИЕ ВИДОВ
Подпись на предмете и его происхождение способны увеличить стоимость в разы. Вещь от Van Cleef & Arpels или Cartier будет стоить значительно дороже, чем столь же качественное изделие недоказанного авторства. До определенного периода ювелиры не всегда клеймили собственные изделия. В любом случае к украшению должны прилагаться сертификаты, подтверждающие его подлинность.

Лучший вариант – когда подлинность вещи подтверждает современная экспертиза ювелирного дома, изготовившего украшение. Крупнейшие ювелирные дома хранят исторические каталоги заказов и эскизы. Публичный провенанс также служит доказательством подлинности. А если в числе владельцев есть исторические личности или кинозвезды, цена может вообще потерять связь с реальностью. Такие драгоценности, как правило, раскупаются самими ювелирными домами для своих исторических коллекций и профессиональными дилерами.

Частные коллекционеры чаще всего приобретают антиквариат на аукционах. Драгоценности музейного уровня традиционно продают на женевских аукционах, в Лондоне или Нью-Йорке можно найти более доступные вещи. В прошлом году президент Christie’s Switzerland Франсуа Курьель отмечал, что большая часть из двухсот двадцати ювелирных лотов ушла к совершенно новым покупателям. На женевском ювелирном аукционе Sotheby’s объем спроса в два раза превысил первоначальную оценку. Похоже, покупка уникальных драгоценностей становится все более популярным занятием.